воскресенье, 29 марта 2015 г.

Рассказ ополченца

В Сети выложен комментарий одного ополченца,воевавшего на стороне ЛНР в последних боях под Дебальцево. Он написал об очень больших потерях, росте эффективности украиснкой армии и «бардаке» в Новороссии.
Ополченец Мурз повоевал на стороне луганских республиканцев и написал полезный отчёт о фактическом состоянии дел в вооруженных силах Новороссии. По его словам, украинская армия воюет гораздо лучше, чем летом 2014 года. Ополченцы понесли крупные потери из-за неумелого командования. Если так будет продолжаться, то Киев победит в это войне.
Ниже мы приведем отрывок из его текста, в котором он объясняет, почему ополченцы победили при Дебальцево, если все так плохо.
«Победы ополченцев во время вылазок из Славянска, когда соотношение сил было куда хуже, Стрелков объясняет вот как:
Все практически первые столкновения мы выигрывали без потерь, с потерями для противника. Можно объяснить это стечением обстоятельств один, два раза, каждый в отдельности. Но все вместе объяснить иначе, чем поддержкой свыше, невозможно. И при постоянных неудачах у них возникало впечатление, что против них дерутся какие-то суперсолдаты.
Суперсолдатами мы и близко не являлись, были подвержены всем недостаткам, которыми обладает зарождающееся ополченское войско. Кто-то сражался, кто-то прятался, кто-то бежал с поля боя. Но в итоге у них сложилось впечатление, что тут сидят какие-то злобные жуткие киборги, супервоины, каждый из которых может убить десять человек.
Я, в общем, тоже считаю, что без высших сил что тогда, летом, что сейчас, зимой, необошлось. Это — магия, и называется она «Волшебный пофиг»(цен). Кто и как накладывал эти чары на огромное количество украинских солдат и офицеров прошлой весной и летом — незнаю, но у него получалось хорошо. Артиллерия противника била куда попало, колонны шли без разведки, взаимодействие между частями, а также внутри частей — между танками и пехотой, отсутствовало. Предоставленные сами себе, бойцы занимались тупым ожиданиемтого, что им дадут звиздюлей ополченцы, которым было не пофиг, и которые старались постоянно удерживать инициативу, пока это было возможно. Потом пришла российская армия, сделала Иловайск и всё прочее, и стало вообще хорошо.
Но (внизапна!) к началу нашего зимнего наступления на стороне противника оказалось достаточное количество людей, которым было не пофиг. Наша пропаганда твердила, что с той стороны есть только три категории людей — призывники, которых гонят в бой насильно, есть нацики, которые гонят на фронт призывников, и которые на самом деле — трусливые чмошники, и есть польские и прочие наемники, от которых и следует ожидать хоть какого-то сопротивления. Реальность оказалась такова, что, кроме всех вышеописанных типов, на фронте с той стороны оказались в значимых количествах люди, которым не пофиг. Вряд ли источником их непофига являлась и является любовь к Порошенко, Обаме или каким-то ещёполитическим лидерам. Мотивации могут быть разные — от мести за погибших товарищей до защиты своей семьи от наступающих «колорадов». Не знаю, как там у них с готовностью сражаться насмерть, но они вполне уверенно держались во многих местах до тех пор, пока против них на прямую наводку не выкатывали «большую снайперку» типа Т-64 или Т-72.
Именно об этих людей споткнулось наше наступление. Пока грохотала наша очередная, отнюдь не самая точная, как правило, артподготовка, они сидели в глубоких окопах ипережидали. Когда огонь заканчивался, они вылезали и, прижав к земле атакующую пехоту огнем стрелкового оружия, накрывали её миномётами, АГСами и т.д. Всё как по учебнику. Они же, те, которым не похуй, сидели в танках, которые контратаковали наших в драке за замыкание окружения.
При том, что и у нас в войсках были примерно те же недостатки, тот же бардак, что и у них, победили мы за счёт того, что у нас людей, которым «не пофиг» было больше. И эти люди, которым было «не похуй», пытались как-то бороться с бардаком. Чинили технику, учились воевать, привозили гуманитарную и техническую помощь. И бардака стало меньше. И получился ответ на вопрос о победе, который вынесен в эпиграфы. Эскадра по ту сторону фронта стала хуже нашей.
После первых неудач и потерь, после срыва всех красиво нарисованных на картах планов, брошенные в бой подразделения распались на отдельные боеспособные группы, кучковавшиеся вокруг боеспособной техники. В большинстве случаев это были уже слаженные группы ополченцев, имевшие опыт летних и осенних боев и «перемирий», к которым примкнули уцелевшие и не дезертировавшие после первых боев новобранцы. Какое-то время в штабах недоумевали — «Что случилось? Почему так долго возимся?» Потом поняли, что война предстоит совсем другая, нежели та, что была заранее нарисована ими на картах. Из паутины внутренних военно-политических интриг периода перемирия, из-под гор бумаги (например, тех же «штаток», которые всё равно не соблюдались и были чистой формальностью, отнимающей массу времени) проступили реальные боевые силы,которые можно было использовать — группы от 20 до, максимум, 200 человек при остатках боеспособной бронетехники, которыми пришлось командовать напрямую из штаба корпуса, так как польза передачи приказа через промежуточные штабы была сомнительной — штабы никак не могли координировать действия этих групп, раздёрганных по разным местам фронта, только задерживали прохождение приказа. Главной их функцией стало обеспечение хоть какой-то работы тыла и снабжения, обеспечение боепитания этих групп и, если получалось, отдыха.
И вот эти, собственно, боевые группы, вместо «бумажных» батальонов и бригад, грызли вражескую оборону. Когда удалось более-менее наладить артиллерийское сопровождение этого прогрызания, стало даже получаться. Появление на решающих участках танков тоже способствовало. И вот, вместо стремительной атаки и зачистки максимум на неделю всех делов, мы получаем три недели жесткача. В котором, с разбитым в кровь рылом, всё-таки выходим победителями. Противник лежит на лопатках без чуйств, мы сидим рядом, осторожно выдыхаем, считая поломанные ребра. Как-то так.
Отдельную ключевую роль в процессе сыграло, насколько я понимаю, самоуспокоение в украинских штабах. «Всё хорошо, прекрасная маркиза!» исполнялось сначала сверху вниз,а потом — снизу вверх. В связи с чем шандец дебальцевскому «карману» в ходе затянувшихся боев наступил для них как-то незаметно. Перемога-перемога-перемога... _ОЙ_ Зра... Нет, это всё равно перемога! Сколько сепаров перебили! Сколько танков пожгли! Ктопротив того, что «Дебальцево — перемога», — тот москаль!
 Победа в сражении за Дебальцево была для ВСН очень трудной и кровавой, местами ситуация колебалась на грани поражения. Замалчивать системные просчёты, которые привели к трудностям и тяжёлым потерям, и не бороться с ними означает стопроцентно проиграть в следующий раз.»
Источник: vesti.lv

Комментариев нет:

Отправить комментарий